Кади Хафиз Молла Хасан Эфенди

Он (Аллах) — Живой и Вечный.

Хафиз и мулла, добродетельный Хафиз Хасан Адиль-эфенди, глубоко сведущий в вопросах исламского права, некоторое время служил кадием. Он добросовестно исполнял свои обязанности, а затем, заболев, покинул этот бренный мир по воле Всевышнего. Однако те, кто сеял раздор среди людей, не оценили его по достоинству — казалось, лишь его смерть могла принести им облегчение. С его уходом воды жизни наполнили сад его могилы; той весной, когда он покинул нас, место его упокоения превратилось в цветник тюльпанов. Сердца злопыхателей были сокрушены. Мы молим Всемогущего Аллаха простить ему грехи. Прочтите суру «Аль-Фатиха» за его душу.

1268 г. х. / 1851–1852 гг. н. э.

Кади Хафиз Молла Хасан Эфенди

Знаток исламского права и кади

1268 г. хиджры / 1851–1852 гг. н. э.

Хафиз Молла Хасан-эфенди — один из представителей ученого сословия, погребенных на кладбище при мечети Арап-Ахмет. Надпись на его надгробии подчеркивает его глубокие познания — в частности, в области исламского права, — а также его роль в правовой сфере. Из текста надписи следует, что он был хафизом и моллой, получившим образование в традициях медресе и прекрасно разбиравшимся в религиозных науках.

Занимая должность кади, Хасан-эфенди выступал не только как религиозный ученый, но и как один из местных представителей османской правовой системы. Кади не только разрешали споры, касающиеся норм ислама и права, но и брали на себя различные административные и общественные обязанности в тех общинах, где они служили. Упоминание в надписи о том, что он добросовестно исполнял свои правовые обязанности, свидетельствует о его справедливости и компетентности на протяжении всей профессиональной деятельности.

Примечательной особенностью надгробия является то, что Хасан-эфенди не ограничивается перечислением своих должностных обязанностей, а также затрагивает тему отношений с окружающими. Упоминание о том, что некоторые не оценили его по достоинству, наряду с выразительными литературными оборотами, использованными после его кончины, отражает традицию создания эпитафий, идеализирующих память об усопшем. Описание того, как весной его могила превращается в «сад тюльпанов», также придает надписи яркий поэтический характер.